Главная Огарев Николай К В. А. Панаеву (Когда в цепи карет...)

К В. А. Панаеву (Когда в цепи карет...)

Когда в цепи карет, готовых для движенья,
Нашли вы место наконец,
И приютились, как мудрец,
Меж девственных старух избегнув искушенья,
И взвизгнул роковой свисток,
И в дальний путь вас пар увлек;
Смущен, как человек пред диким приговором,
За быстрым поездом следил я долгим взором,
Пока он скрылся — и за ним,
Помедлив, разлетелся дым;
Пустынно две бразды железные лежали,
И я пошел домой, исполненный печали...
Так вы уехали!.. А длинный разговор
Еще звучит в ушах, как дружелюбный спор,
Но обоюдные запросы и сомненья
Уныло на душе остались без решенья.
Что эти сумерки — пророчат ли рассвет?
Иль это вечер наш и ночь идет вослед?
Что миру — жизнь иль смерть готова?
Возникнет ли живое слово?
Немое множество откликнется ль на зов?
Иль веру сохранит в ношение оков?
Как это знать!.. Так сеятель усталый
Над пашнею, окончив труд немалый,
Безмолвствуя в раздумии стоит
И на небо и на землю глядит:
Прольется ль свежий дождь над почвой оживленной
Или погибнет сев, засухою спаленный?
Я знаю — с родины попутный ветр пошел,
Заря проснулася над тишиною сел;
Как древний Ной — корабль причалил к Арарату,
И в море тихое мы пролагаем путь,
Как мирный мост, как связь востоку и закату,
И плавно хочет Русь все силы развернуть.
Я знаю — с берега Британии туманной
Живою жилою под морем нить прошла
До мира нового... И вот союз желанный!
И так и кажется, что расступилась мгла —
И наши племена, с победной властью пара,
Дорогу проведут вокруг земного шара.
Оно торжественно! И воздух свежих сил
Так дышит верою в громадность человека...
А тут сомнение и веянье могил
Невольно чуется при замиранье века.
И вижу я иные племена —
Тут — за морем... Их жажда — кровь, война,
И, хвастая знаменами свободы,
Хоть завтра же они скуют народы,
Во имя равенства все станет под одно,
Во имя братства всем они наложат цепи,
Взамен лесов и нив — всё выжженные степи,
И просвещение штыками решено —
И будет управлять с разбойничьей отвагой,
Нахальный генерал бессмысленною шпагой.
Чем это кончится? Возьмет ли верх палач
И рабства уровень по нас промчится вскачь,
Иль мир поднимется из хаоса и муки
При свете разума, при ясности науки?
Как это знать? Над пашнею стою,
Как сеятель, и голову мою
Готов сложить без сожаленья;
Но что же мой последний миг —
Он будет ли тяжелый крик
Иль мир спокойного прозренья?..
Вас проводя, так думал я, друг мой,
В безмолвии, когда я шел домой,—
Но обоюдные запросы и сомненья
Уныло на душе остались без решенья.

<1858>


Еще можете почитать:
Огарев Николай
Огарев Николай — самое читаемое

1.  К друзьям

Я по дороге жизни этой
Скачу на черном скакуне,
В дали, густою мглой одетой,
Друзья, темно, не видно мне.
Со мною рядом что за лица?
Куда бегут? Зачем со мной?
Скучна их пестрая...

2.  Вечер (Когда настанет вечер ясный...)

   Когда настанет вечер ясный,
Люблю на берегу пруда
Смотреть, как гаснет день прекрасный
И загорается звезда,
Как ласточка, неуловимо
По лону вод скользя крылом,
Несется быстро,...

3.  Ужель ни к ней любовь глубокая моя

Она была больна, а я не знал об этом!..
Ужель ни к ней любовь глубокая моя,
Ни память прошлого с его потухшим светом —
Ничто не вызвало, чтобы рука твоя
Мне написала весть о...

Популярные авторы

1. Пушкин Александр
1. Пушкин Александр
2. Ахматова Анна
2. Ахматова Анна
3. Блок Александр
3. Блок Александр
4. Тютчев Федор
4. Тютчев Федор
5. Есенин Сергей
5. Есенин Сергей
6. Лермонтов Михаил
6. Лермонтов Михаил
7. Фет Афанасий
7. Фет Афанасий
8. Брюсов Валерий
8. Брюсов Валерий
9. Некрасов Николай
9. Некрасов Николай
10. Цветаева Марина
10. Цветаева Марина
11. Сологуб Федор
11. Сологуб Федор
12. Ахмадулина Белла
12. Ахмадулина Белла
13. Гумилев Николай
13. Гумилев Николай
14. Баратынский Евгений
14. Баратынский Евгений
15. Анненский Иннокентий
15. Анненский Иннокентий